Авторы

Черкешенки

<...Высокие, стройные, гибкие,- они точно светлый след оставляли за собою. Их маленькие руки и ноги вдохновляли турецкого поэта, и до сих пор в городах Малой Азии, когда встречаются такие у мужчин и женщин, анатолийцы говорят: у них в роду черкешенка. Капля ее крови очищала целое поколение. Их карие глаза полны выражения.

...во взгляде черкешенки ярко отражалась ее душа, ее чувство, все, что совершалось в ней, как бы порывисто, быстро, изменчиво это ни было. Ничем грубым не оскорбляла вас красота женщин в племени адыге.>

Вас. Немирович-Данченко

Красота Кавказа своеобразна, красота силы и сурового могущества. Нежны его краски, поэтичны и тонки очертания горных вершин, за зелеными горами выступают в снеговом величии неподвижные гиганты.

Кавказ - полный чарующих красот - с пышной растительностью, чистой студеной водой и здоровым горным воздухом - прекрасен, с многочисленными равнинами, холмами и горами, лесами и целебными источниками, изобилует плодоносными деревьями. Воздух здесь благоуханный и чрезвычайно здоровый. Не потому ли француз Ферран полагал, что от этого происходит цветущая красота черкесов и черкешенок.

Адыги - таково самоназвание родственных между собой адыгейцев, кабардинцев и черкесов - древнейшие обитатели северо-западного Кавказа. Адыги - автохтонные народы Кавказа - жили здесь задолго до нашей эры. Они поддерживали политические, экономические, военные и культурные связи с древними хаттами, ассирийцами, шумерами, греками, Древней Русью, аланами и грузинами.

Предкам адыгов приходилось отстаивать свое существование в жестоких битвах с многочисленными завоевателями. Особенно опустошительны были нашествия гуннов (IV в.), аваров (VI в.), печенегов (IX в.), хазаров (X в.), надолго задержавшие общественно-экономическое развитие адыгских племен. В ХIII веке на земли адыгов обрушились монголо-татарские орды. Лишь в XV веке, после того, как монгольское иго было свергнуто, адыгам удалось изгнать поработителей. Но освободившись от одних захватчиков, адыги становятся жертвой других. Начиная с XVI столетия, они подвергаются нашествиям со стороны турецких султанов и их вассала - крымского хана.

Адыгейцы проживают в Адыгейской республике. Население адыгейцев (абадзехов, бжедугов, темиргоевцев, шапсугов) по переписи населения 1989 г. составляет 124 941 человек, территория 7,6 тыс. квадратных километров. Кроме того, адыгейцы проживают в Туапсинском, Успенском и Лазаревском районах Краснодарского края.

Кабардинцы проживают в Кабардино-Балкарской республике. Население кабардинцев составляет 394 651 человек, территория 12,5 тыс. квадратных километров. Кабардинцы также живут в Карачаево-Черкесской республике и Адыгейской республике. Кабардинцы-христиане проживают в Моздокском районе Северо-Осетинской ССР, в ряде хуторов Ставропольского края и в двух станицах Ростовской области.

Черкесы проживают в Карачаево-Черкесской республике. Население черкесов составляет 52 363 человек, территория 14,1 тыс. квадратных километров.

Адыги (черкесы) оставили заметный след в истории, участвовали почти во всех важнейших событиях Кавказа, России, Египта, Ближнего и Среднего Востока. Носители самобытной культуры - черкесы внесли большой вклад в духовное развитие Северного Кавказа, России, Турции, Египта, Сирии, Иордании, Йемена и др. стран.

В ущельях Кавказских гор Ибн-Хаукаль обнаружил 360 народов, Масуди (X в.) насчитал 86 племен, а Страбон - 71.

До выселения в Турцию черкесы в 1860 г. составляли 32 народа и самые многочисленные из них были: абадзехи, бжедуги, кабардинцы, натухайцы, темиргоевцы, убыхи и шапсуги.

Сотни тысяч черкесов в разные времена вынуждены были покинуть Черноморское побережье Кавказа, покинуть свою историческую Родину, свои исконные земли и найти убежище в различных странах мира. Так образовалась черкесская диаспора (греч. diaspora - рассеяние) - пребывание большей части народа (этнической общности) вне страны его происхождения; черкесская диаспора была вызвана различными обстоятельствами: колониальной политикой русского царизма, отменой крепостного права в России, двуличной политикой Османской империи и Англии, религией, междоусобицей черкесских князей и действиями других определенных социально-исторических факторов.

В настоящее время черкесы (бжедуги, кабардинцы, убыхи, абадзехи, хатукаевцы, шапсуги) проживают в Египте, на Ближнем и Среднем востоке, в странах Запада - в 50 государствах и насчитывают более 3 млн. человек.

Черкесы живут в основном в Турции (3 млн.), Сирии (120 тыс.), Иордании (80 тыс.), Египте (52 тыс.), ФРГ (35 тыс.), США (20 тыс.), Ираке (15 тыс.), Ливии (14 тыс.), Мадагаскаре (8 тыс.), Югославии (6 тыс.), Израиле (5 тыс.), Иране (5 тыс.), Болгарии (3 тыс.), Японии (2 тыс.), Албании (1 тыс.), Ливане (1 тыс.), Голландии (1 тыс.), Австралии (1 тыс.), Саудовской Аравии (500 чел.).

Черкесы в небольшом количестве проживают во Франции, Марокко, Тунисе, Кувейте, Судане, Вьетнаме, Йемене, Афганистане, Англии, Канаде, Италии, Греции (на границе с Турцией), Польше, Румынии, Сингапуре, Ватикане, Кипре.

Отдельные семьи черкесов живут в Мексике, Китае, Корее, Чехословакии, Финляндии, Танзании, Эфиопии, Бразилии, Швеции, Нов. Зеландии (ушли из Югославии, Сирии, Иордании), на Гавайских островах.

Формально черкесы как граждане этих государств имеют равные права с представителями основных наций (турками, арабами, немцами, американцами). Однако их по существу не признают в качестве отдельного народа, имеющего права на создание собственного национально-территориального образования даже в рамках этих стран. Несмотря на это, черкесы сохраняют свою национальную самобытность, культуру, обычаи и традиции.

В 1702 г. Клаус Пфефферкопф писал: <Адыги - стройный и красивый народ, особенно хороши женщины>. Султан Хан-Гирей отмечал: <Черкесия блистала красавицами, как небо звездами в ясную ночь>.

Предлагаемая читателю книга посвящена прекрасному и трагическому образу черкешенки и является своеобразным гимном женской красоте.

Кто только не писал о дивной красоте черкешенок: путешественники и ученые, географы и историки, этнографы и языковеды, военные и гражданские, писатели и поэты, художники и скульпторы, дипломаты и разведчики, отечественные и зарубежные исследователи, арабы и итальянцы, немцы и французы, поляки и англичане, турки и персы, славяне и евреи, адыги и грузины и др. <Ни один уголок нашего отечества не имеет столь обширной литературы, по всем отраслям знаний, какую имеет Кавказ, но за то все это разбросано отдельными статьями, по различным газетам и журналам, и не представляет ничего целого>, но они служат незаменимым источником по разрабатываемой проблеме, которым до сих пор еще никто не воспользовался. Настоящие материалы книги своими богатыми историческими и этнографическими сведениями, как нам кажется, помогут наиболее полно воссоздать условия жизни адыгов (черкесов) в прошлом. Более того, большая литература, написанная на иностранных (арабском, турецком, персидском, английском, польском, немецком, итальянском, французском и т. д.) языках недоступна для широкого читателя. Многие специалисты касаются проблемы черкешенок вскользь, мимоходом, материалы о них разрешены и фрагментарны, нет полного и ясного определенного образа, поэтому <остался не созданным общий портрет черкешенки. Поэтому нам хотелось бы создать портрет черкешенки, какою она предстает перед всеми, кто интересуется широко историей и культурой адыгов (черкесов). Учитывая, что нельзя объять необъятную литературу о черкешенке, авторы ограничились в основном литературой на русском языке. Несмотря на то, что, во-первых, они по большей части уже опубликованы, но изданы в дореволюционных газетах, журналах, книгах, и многие из них стали библиографической редкостью и неизвестны широкому читателю, во-вторых, нет ни одного монографического исследования, посвященною черкешенке,- все это побудило авторов собрать и систематизировать литературу о ней.

В книге даются отрывки из научно-популярной и художественной литературы зарубежных, русских и советских исследователей, и авторы в основном старались по мере возможности придерживаться хронологического порядка в расположении материала.

Красавицы были у всех народов мира. Вспомним Клеопатру - царицу Египта, известную своим умом и красотой; жену Луция Тарквиния Коллатину, прославленную своим очарованием и целомудрием.

В IV в. до н. э. древнегреческий поэт Аристинет дал описание красивой женщины: induitur Formosa est; Exuitur ipsa forma est. <Когда она одета, она прекрасна, когда раздета - сама красота>

У каждого народа свои понятия о женской красоте:

аварцы говорят: грудь белая, как сыр и серебро.- В горле льющаяся вода сквозит, т. е. горло прозрачное.- Шея длинная как у турецкого кувшина.- Походка как у дикой курочки.- Ласкательно называют: красное солнце, свет моих глаз, мое серебро-золото, красное золото, ночью небо освещающая луна, золотистая голубка; небесная ласточка;

лакцы говорят: оленья шея; щеки, как яблоки; пальцы, как перья; золотые косы (Золотые косы при черных глазах почитаются верхом женской красоты у лаков, хотя вообще горцы не любят рыжих и питают к ним предубеждение).- Жемчужные зубы.- Девушка, как зажженная свеча, т. е. светит своею красотой; акушинцы говорят: девушка с гладким лбом.- Облупленная женщина, т. е. гладкокожая.- Тонкая в стане девушка.- Девушка, как красное яблоко.- Девушка, как блоха, т. е. резвая, проворная, прыткая; осетины говорят: кусочек моего сердца, цветок моей жизни, черноволосая красавица; чеченцы говорят: шея лебединая, походка утиная, цвет молочный; русские говорят: жемчужное, сахарное тело, райская жемчужина, белолицая; адыги (черкесы) говорят: золотоволосая, златокудрая красавица, богиня, бесподобная, луноподобная, белокурая девушка, райская красавица, хрупкая девушка, полногрудая, крепкобедрая, тхьэ1ухуд <красавица фея>, нагъуэ <кареглазая>, нэ къарэ <черноглазая>, мэз бжэным хуэдэщ <как дикая козочка>, тхьэрыкъуэпщэху <голубка с белой шейкой>, набдзэ ф1ыц1э <чернобровая>, о черкесской девушке 18-20 лет говорят шафэл <кровь с молоком>, как ранний цветок розы, как полная луна среди ярких звезд, смирная как голубка, стройная как лань, солнцеподобно сияющая.

В восточной литературе черкешенка характеризуется словами <драгоценнейшая жемчужина>, <всемогущая>, <незаменимая>, <несравненная>, <прекрасная>, <госпожа века>, <роза века>.

Характерным для эстетических идеалов адыгских (черкесских) народов является то, что в них подлинная красота, понятие красивого (Дахэ) подразумевает не только внешнюю форму, внешний облик предметов, явлений, человека, но и их внутреннюю сущность, их содержание, их значение для человека, для общества.

Адыги вкладывают в понятие красота, красивое единство формы и содержания явлений и предметов. Однако адыги признают и чисто внешнюю красоту явлений, предметов, человека. Здесь имеется ввиду не красота без содержания, а красота, имеющая свое содержание, но присущая тем материальным компонентам, из которых складывается внешняя форма явлений и предметов, т. е. красота, будучи единством формы и содержания, может быть присуща внешней форме явлений. Например, правильность, симметрия, гармония, определенные цветовые и светотеневые сочетания, пропорциональность и ритм и т. п., свойственные внешней стороне явлений, могут делать их внешне красивыми. Об этом свидетельствуют пословицы, поговорки и выражения адыгов: Нурыр къыщхьэщех (Свет от нее исходит),- говорят о внешней красоте женщины; Набдзэ зытелъым я нэхъ дахэ (Самая красивая из тех, кто носит брови - писаная красавица); Зи набдзит1ыр мазэм и ныкъуэ (Чьи брови напоминают полумесяц); Уэгум ит мазэр и напэщ (Ее лицо - полная луна на небе); И набдзэхэр пц1ащхъуэ дамэщ (Ее брови, что крылья ласточки); И ш1ыфэр Кърым бжьэхуцщ (Ее тело, что белая вата из Крыма),- так славят красоту невесты <Благопожелания> - Хъуэхъу; И напэм имызакъуэу, 1эпкълъэпкъ зэк1уж дахи и1эт абы (У нее было не только лицо, но и правильное телосложение), т. е. она обладает не только красивым лицом, но и хорошим пропорциональным сложением. Подчеркивая внешнюю красоту девушки, адыги говорят: Нысэ дахэ (Красивая невестка), Пщащэ дахэ (Красивая девушка).

Наиболее яркие иллюстрации этикета адыгов, связанные с образом женщины, нами заимствованы из книги Б. X. Бгажнокова <Адыгейский этикет>. В книге, написанной с полным пониманием и прекрасным знанием вопроса, отмечается, что традиции матриархата оказались у адыгов весьма устойчивыми. В народе еще живы образы мудрой Сатаней, предводительницы нартов, их советчицы во всех трудных делах, умной и обходительной Малечипх, женщины-богатыря Лашин, светлорукой Адиюх. Идея почитания женщины красной линией проходит через весь нартский эпос адыгов.

Судя по высказываниям авторов VII-XIX вв., адыгские женщины располагали большой свободой в обращении с мужчинами.

Среди европейских и азиатских стран было широко распространено мнение, что женщины Черкесии самые красивые в мире. Это еще больше усиливало интерес ученых и путешественников к их нравам и общественному положению, но в то же время порождало весьма противоречивые суждения на этот счет. В одних источниках они представляются целомудренными и стыдливыми, в других, наоборот,- нескромными и своенравными, а иногда - целомудренными и нескромными одновременно. Сообщения второго и третьего типов особенно характерны для авторов XVII - XVIII вв. и в значительно меньшей степени это касалось авторов XIX в., что наводит на мысль о постепенном изменении отношений между полами в условиях сословного деления общества и появления все большего числа правил, предписывающих женщине быть более сдержанной в поведении.

По обычаям адыгов мужчина должен был всячески оберегать женщину помогать ей. Например, если женщина колет дрова, то всякий проходящий мимо мужчина обязан был предложить свои услуги. То же касается и всех других случаев, когда женщина выполняет тяжелую <мужскую> работу. Просьба женщины о помощи обычно выполнялась мужчиной беспрекословно. Величайшим позором считалась ссора или брань в ее присутствии.

Женщина могла приостановить любые действия мужчин, стоило только ей сказать: Щхьэлъащ1эм хьэтыр и1экъэна мыгъуэ.- Платок женский (женщина) уважения (снисхождения) не заслуживает разве и прикоснуться правой рукой к платку на голове.

Адыгские женщины появлялись в обществе с открытым лицом, свободно, без принуждения здоровались за руку с мужчинами, а в отдельных случаях выступали на собраниях и даже отправлялись в наезд вместе с джигитами.

Особое место среди рыцарских элементов адыгского этикета занимали различного рода знаки внимания представителям женского пола, о чем свидетельствуют адыгские просветители. Хан-Гирей в этнографическом очерке <Вера, нравы, обычаи и образ жизни черкесов> пишет: <Молодые черкесы, имея с девицами свободное обращение, имеют случай понравиться друг другу и дать понять свои чувствования>. А. Кешев в повести <Чучело> вывел образ прекрасной адыгской девушки Назики и показал образцы рыцарскою отношения к женскому полу, типичные для адыгов. Поклоняясь красоте и доброте Назики, юноши делают ей различные подарки и готовы выполнять все ее прихоти: <В целом ауле не нашлось бы джигита, который не бросился бы в огонь и в воду по одному ее слову, и тот из них считался бы недостойным имени мужчины, кто бы осмелился не исполнить ее священной воли>. Во время празднеств, на которых неизменно присутствовала Назика, <в ауле не оставалось пустого места от приезжих всадников>, выстрелы в ее честь то и дело оглашали округу, так что <за пороховым дымом пряталось самое небо>, мужчины <нередко схватывались за оружие, оспаривая друг у друга честь сделать два - три круга с ней>, а гегуако славили княжну на манер трубадуров Прованса: <Ты краса и гордость земли адыгской... Твои глаза краше блестящих звезд на синем небе. Твой стан гибче камыша, что растет на берегу Белой речки. Счастлив юноша, который тебя назовет своею. Да пошлет аллах счастье на земле родителям твоим, а когда они умрут, да отворит он перед ними ворота рая. Не думай, красавица, что я тебе льщу. Мать родила меня не льстить, а говорить людям правду, и своим скудным словом славить дела храбрых юношей и красоту наших девушек. Ну, танцуйте же, молодцы! Славьте со мною мою Назику во все концы света. Пусть черкесские девушки подражают ей во всем, а юноши тоскуют по ней>.

В том же духе высказывается Дж. Лонгворт. Он считает необходимым указать <слабый, по его мнению, налет рыцарства>, обнаруживающийся в отношении мужчин к женщинам и в подтверждение этому приводит такие факты: <На празднествах у молодых людей бытует обычай, поднимая чашу с бузой с тостом в честь избранницы сердца, разрядить в воздух ружье или пистолет. Вызов немедленно принимается теми, у кого есть заряд пороха... чтобы в той же манере отстаивать превосходство их собственных пассий. Другой обычай, который здесь существует, это принять участие в скачке за призом, находящимся в руках прекрасной мадемуазели и представляющем собой разукрашенную кобуру для пистолета, произведение ее нежных пальчиков>. Аналогично этому на скачках, устраиваемых во время поминок, юноши <оспаривают призы с тем, чтобы презентовать свой приз даме как дань ее красоте>.

К числу образцов рыцарства можно отнести и вышеупомянутый обычай вставать при виде женщины. Почтенные старики восьмидесяти, девяноста, а то и ста лет чинно поднимаются, когда по улице проходят женщины, которым нет и тридцати.

Наконец, до самого последнего времени сохранялся обычай, замеченный еще в XIX в. Ж. Бессом, по которому всадник, встретив в пути (в поле) женщину, спешивался и провожал ее до места назначения, на время оставив свои дела, какими бы важными они ни были. При этом поводья он держал в левой руке, а женщина шла с правой почетной стороны.

Песни любовного величания занимали большое место в устном народном творчестве адыгов и, как пишет известный адыгский этнограф 3. М. Налоев, посвящались только девушкам. <Для этого нужно было обладать не только целым рядом достоинств - красотой, мастерством рукодельницы, стряпухи, безукоризненным поведением и знанием тонкостей адыгского этикета, умением красиво плясать и остроумно вести словесное состязание с молодыми людьми,- но и пользоваться известностью, прославиться>. Об этом обычае очень точно пишет знаток адыгской этнографии писатель Т. М. Керашев в повести <Дочь шапсугов>: <Исстари так повелось у адыгов: людская молва выделяла какую-нибудь девушку, восхваляя ее достоинства и создавая ей громкую славу. И если девушка была умна и оказывалась на высоте положения, слава о ней разносилась далеко за пределы края и облетала земли других племен. Всякий мужчина, претендующий на мужество, доблесть и достоинство, жил ли в этом ауле или проезжал мимо него, считал своим долгом посетить знаменитую девушку. В гостевой комнате такой девушки встречались лучшие мужи того времени, приезжавшие зачастую с самых отдаленных окраин. Здесь в беседах и спорах испытывалась острота ума, оценивались достоинства людей, и суждения, выносимые здесь, с быстротой звука летели по всей адыгской земле. От имени такой девушки народные поэты слагали хвалебные или бичующие песни, сила воздействия которых равнялась силе общественного приговора. Гостевые комнаты таких девиц становились судилищем, где воздавалось должное доблести и трусости, достоинствам и порокам. И главным судьей на этом судилище была сама девушка. Поэтому почетна, но нелегка была ее доля>.

Выдающиеся писатели, поэты в своих произведениях раскрывали образы прекрасных женщин: О. Бальзак <Кузина Бетто>, <Цезарь Бирото>, <Отец Горио> (о француженках), Г. Флобер <Госпожа Бовари>, <Саламбо> (об африканках), В. Скотт <Айвенго> (о еврейке), Ж. Берн <Вокруг света за 80 дней> (об индианке), М. Сервантес <Дон Кихот> (об испанке), Р. Джованьоле <Спартак>, У. Шекспир <Ромео и Джульетта> (об итальянке), М. Горький <Макар Чудра> (о цыганке), И. Ефремов <Таис Афинская> (о гречанке), К. Хетагуров <Фатима> (о черкешенке) и др.

В грузинской народной поэзии и мифологии, в поверьях, пословицах и поговорках черкешенка (черкезис кали) выступает как символ красоты, черкес - как символ храбрости, воинственности, мужества, доблести. <Он храбр, как черкез!> <Она словно черкешенка!> - говорят грузины. В народном песенном тексте <Желание>, записанном от певца Дедас Левана Кететешвили и опубликованном в Грузии на грузинском языке, имеется упоминание об адыгейке (черкешенке):

<Хвалят женщин черкесских, Одну бы рядом иметь...>

Понятие о храбрости и стойкости, а также внешней опрятности, воспитанности и скромности человека чеченцы связывают с образом адыга - горца. Они говорят: <Он подобен черкесу!> <Она словно черкешенка>.

Чеченская поговорка гласит: <Чергачин мехкарий санна хаза, създа!> - дословно: <Как девушки - черкешенки, красивы, скромны!>; <Одежда его словно сшита черкешенками, соревнуясь между собою!< Черкешенки отличаются замечательным искусством в женских работах; скорее изорвется материя, чем шов, сделанный их рукой; серебряный галун их работы неподражаем. Во всем, что они приготовят, обнаруживается хороший вкус и отличное практическое приспособление.

Впервые в мире методы предохранения от оспы были придуманы адыгами (черкесами) (см. Мотрэ, Кук, Гербер и др.), суть которых состояла в том, во-первых, здоровому ребенку делали прививку от больного; во-вторых, клали в постель к больному того, кому нужно привить эту болезнь; в-третьих, больному ребенку привязывали под мышкой лоскут ткани, в который был завернут кусок свинца. Через 3-4 дня или после выздоровления ребенка <препарат> снимали и привязывали под мышкой другому ребенку, которому хотели привить оспу. Н. Н. Грейнс писал, что <...народной медицине адыгейцев было известно оспопрививание задолго до того, как оно стало достоянием научной медицины>.

Из этого можно заключить, что черкешенки были не только красивы, воспитаны, мастерицы, но и шли ради будущего своего народа на самопожертвования. Что и дало основание сказать К. А. Гельвецию: <Как много мы обязаны легкомысленной черкешенке, которая... первая решилась привить себе оспу! Скольких детей оспопрививание вырвало из когтей смерти! Может быть, нет ни одной основательницы монашеского ордена, которая оказала бы миру столь же великое благодеяние и тем самым заслужила бы его благодарность>.

Нужно помнить, что Древняя Русь служила главной поставщицей рабов на рынки Востока, Юга и даже в Западную Европу. Арабские путешественники оставили довольно яркие описания, как руссы привозили свои товары в г. Итиль (столица Хазарского каганата в 8-10 вв., выше современной Астрахани, на обоих берегах реки Итиль (Волга). Разрушена в 965 Киевским князем Святославом). Их самым ценным товаром были девушки. Красота русской женщины-рабыни делала ее особенно ценной для интимных личных услуг, и потому рабыни всегда ценились на рынке дороже рабов-мужчин. Арабы узнавали их (русских девушек) по красоте и стройности, называя их самыми красивыми женщинами Востока и Европы. Вспомните слова А. С. Пушкина, который записал в альбом Е. М. Завадовской стихотворение <Красавица>

Все в ней гармония, все диво.

Все выше мира и страстей:

Она покоится стыдливо

В красе торжественной своей;

Она кругом себя взирает:

Ей нет соперниц, нет подруг;

Красавиц наших бледный круг

В ее сиянье исчезает.

Куда бы ты ни поспешал,

Хоть на любовное свиданье,

Какое б в сердце ни питал

Ты сокровенное мечтанье,-

Но, встретясь с ней, смущенный, ты

Вдруг остановишься невольно,

Благоговея богомольно

Перед святыней красоты.

Вот как описал идеал женской красоты итальянский художник Фиренцуола: <Волосы нежно золотые с бронзовым оттенком, густые и длинные. Ширина лба вдвое превосходила его высоту. Кожа ослепительно светлая, но не мертвой бледности. Брови темные, шелковистые, широкие посредине, сужающиеся к краям. Белки глаз чуть голубоватые, роговица темная. Сам глаз должен быть большой и выпуклый, наилучшие веки белые, с почти невидимыми розовыми прожилками. Ресницы не слишком густые, не слишком длинные и не слишком темные. Ухо средней величины, крепкое и красивой формы. Нос, который определяет красоту профиля, должен мягко и равномерно сужаться кверху, у переносицы может быть чуть выше, но не так, чтобы приобретал рисунок орлиного, что женщинам не идет. Уста лучше маленькие, но не выпяченные, и не плоские. Губы не очень узкие и красивого рисунка. Зубы должны быть не слишком мелкие, ровные, красиво расположенные, цвета слоновой кости. Подбородок округлый, не стесанный, и не острый. Шея белая и круглая, лучше длинная, чем короткая.>.

А теперь сравним это с описанием адыгской (черкесской) княжны природного черкеса Султана Хан-Гирея: <Она была прекраснейшее создание... Но я не могу описать систематически ее прелести, и по весьма основательной причине: ее современники не имели и понятия о живописи, следовательно, кисть художника не оставила потомству ее портрета, а в песнях своих, диких пламенных песнях, в порыве вдохновения, называли они княжну бесподобной, почти богиней... Увлеченный примером потомков гордого поколения, героиню чистосердечного моего творения представляю я себе высокого роста, с талией чрезвычайно стройной, с нежной белизной тела, с роскошной грудью и шеей, с маленькими ножками, с прекрасными полными ручками, с каштановыми волосами, с глазами, голубыми как небо, полными небесного огня и жизни, то есть с такими глазами, в которых любовь дышит очарованием, таятся высокие нежные чувства кротости и взгляд которых проникает вас до глубины сердца, оставляя в душе вашей непостижимую, приятную тревогу... С улыбкой, неуловимой на прекрасных розовых устах, представляю я себе знаменитую красавицу. Однако же при всей своей очаровательности она, как говорит предание, казалась недоступной, гордой, созданной повелевать, а не повиноваться...> С народами Кавказа русских связывали не одни бранные подвиги, но и брачные союзы русских князей, так как родиной жен некоторых из них был Кавказ. Так сын Владимира Мономаха Ярополк, посланный в 1116 году отцом на Половецкую землю, привел с собою <ясы и жену полони себе ясыгао> - Елену-девицу чрезвычайной красоты, дочь Ясского или Стенского князя Сварна. Всеволод Георгиевич, брат Андрея Боголюбского, имел жену ясыню Марию, сестра которой была с 1182 г. за Мстиславом, сыном Святослава великого князя Киевского, Изяслав Мстиславович в 1154 году женился на царской дочери <из Обезь>38.

Кабарда в середине XVI - начале XVII вв. представляла собой сильное феодальное объединение. Установление тесных контактов с Русью путем брачного союза Ивана Грозного с дочерью кабардинского князя Темрюка Гуащэней (при крещении Мария Темрюковна), совместных выступлений против крымского хана, вхождение Кабарды в состав <Земли Русской> свидетельствуют о большом авторитете адыгских (черкесских) князей; калмыцкие владельцы вступали в брак с представительницами многих народов. Например, калмыцкий Аюка-хан был женат на кабардинке Абай-хан, родной сестре кабардинского князя Каспулата Муцаловича Черкасского; Дондок-Омбо - на кабардинке Хатокшоковой Джане, астраханский царевич Ямгурчей в 1551 году был женат на черкешенке.

Широкое распространение получают родственные связи между кабардинцами, осетинами и народами Дагестана, заключавшими внутрисословные брачные союзы; династические браки были результатом политических расчетов и государственной ориентации. Документально связи феодалов соседних народов прослеживаются с XVI в. С этого же времени адыгские князья и уорки вступают в брачные связи с аристократическими кланами Грузии, Дагестана, Крыма, Ногайской Орды и др. В генеалогических преданиях осетин и адыгов нередко сообщается о взаимных браках представителей правящих слоев. Это же подтверждают и родословные росписи. В 12 родословных, взятых выборочно, из 58 браков XV-XVIII вв. в 32 случаях супругами алдаров и баделятов значатся дочери адыгских князей и уорков. В XVII в. 75% браков баделятов приходилось на феодалов Кабарды; в XVIII в. - 46,6%; в первой половине XIX в. - 7,7%. Статистика указывает на различную прочность отношений алдаров и баделятов с адыгскими феодалами. <Баделяты, как люди ловкие, старались сблизиться с кабардинцами: брали на воспитание княжеских детей, т. е. делались аталыками князей; женились на дочерях княжеских первостепенных узденей и выдавали за них своих дочерей>. К этому времени уже сформировалось правило, по которому горские феодалы вступали в брак только с равными себе. По свидетельству кабардинских феодалов Магомета Атажукина и Адильгирея Гиляксанова (1743 г.), дигорцы <с Малой Кабардой постоянно имеют мир... и взаимно между собой женятся дюгоры и сырдюгоры на кабардинках, а кабардинцы - на их дочерях. Князь Таусултанов наказывал сыновьям отдать Фатиму (Гуэщэиэ) за достойного: <Первое право сватать дадите кабардинским князьям, второе - дигорским алдарам...>

Эмиддио Дортелли Д'Асколли писал в начале XVII в.: <Благородный чиркас роднится лишь с благородным и равным себе лицом, тщательно избегая уронить свое звание; касательно чести чиркасы щепетильнее итальянцев>.

Северная Кумыкия придерживалась мирных сношений с Кабардой. Кумыки и кабардинцы, имея общую границу, постоянно общались между собою. Имели значение и брачные узы северокумыкских феодалов с кабардинскими феодалами. В Тарковском шамхальстве и других дагестанских владениях находились дочери, родственницы и соплеменницы малокабардинского князя Шолоха. На кабардинке из рода Анзоровых был женат тарковский шамхал Чополау. От этого брака родился Султан-Махмуд. По преданию, народный герой кабардинцев Каншоубий выдал свою младшую дочь Каз за владетельного кумыкского князя, что способствовало укреплению отношений с казикумухами. Многие крепостные крестьянки кабардинских владельцев Мударовых вышли замуж за кумыкских крестьян.

Известно еще, что в 70-х годах XVI в. имеретинский царь Георгий, мегрельский и гурийский владетели были женаты на трех сестрах - кабардинских княжнах, а в 30-х годах XVII в. мегрельский владетель Леван II Дадиани женил своего сына на дочери кабардинского правителя Алегуко Шогенукова.

Картлийский царь Вахтанг VI (первая половина XVIII в.) был женат на дочери малокабардинского князя Таусултанова. В Грузии ее называли <солнцеподобно сияющей царицей Русудан>. Династические браки положили начало грузинским княжеским фамилиям адыгского (черкесского) происхождения - Лекишвили, Черкезишвили, Черкезия, Кашакишвили, Бараташвили, Ингороква (Инджороква) и др.

Крымские ханы женились на дочерях черкесских князей. <По причине такого породимства особым расположением Крымских ханов пользовалось черкесское племя Бесленей, самое имя объясняется гем, что это племя специально занималось воспитанием детей Корейского рода. У Крымских ханов даже бывали из этого племени жены, игравшие большую роль в политических делах ханства. Такова была мать Джаны-бек Гирея>.

Представители русского реакционного романтизма старались всячески оправдать войну против горцев и те бесчеловечные методы, которые применялись царскими войсками. Отсюда идет их тенденциозность в описании характера местных жителей Кавказа как людей чрезвычайно жестоких и мстительных, чуждых гуманизма. <Девушки и женщины горских племен в описании писателей-реакционеров предстают как существа непривлекательные и неопрятные>. С. И. Ивановский утверждал, что черкешенки в прошлом находились в унизительном положении: <Встает хозяйка раньше всех, раздувает очаг и готовит мужу завтрак. Сама она ест после всех, те остатки, которые собирает от завтрака>. Вряд ли с таким утверждением согласится хоть один адыг (черкес) и считать это безусловным свидетельством приниженности черкесской женщины. Но лучше сошлемся на высказывание Жоржа Сименона, который писал: <Все ли знают, что в некоторых деревнях, в Провансе, например, в крестьянских семьях, строже других блюдущих обычаи, мать семейства до сих пор стоя прислуживает за столом мужу и сыновьям и ест сама, лишь когда те закончили трапезу?.. Не думаю, что женщина, верная этой традиции, чувствует себя порабощенной. Я скорее склонен предположить, что она гордится своей ролью, ибо ей ведомо, что, в сущности, ее роль - главная>. Можно привести слова Ф. Энгельса, который писал по этому поводу: <Разделение труда между обоими полами обусловливается не положением женщины в обществе, а совсем другими причинами. Народы, у которых женщины должны работать гораздо больше, чем им полагается по нашим представлениям, часто питают к женщинам гораздо больше подлинного уважения, чем наши европейцы. Дама эпохи цивилизации, окруженная кажущимся почтением и чуждая всякому действительному труду, занимает бесконечно более низкое общественное положение, чем выполняющая тяжелый труд женщина эпохи варварства...>

<У греков мужчины от первого до последнего были проникнуты эгоизмом и холодным себялюбием, что привело, к такому падению уважения к женщине, какое вряд ли можно найти у дихарей. Это обнаруживается в строе домашней жизни греков; в среде высших классов жена подвергалась затворничеству, чтобы принудить ее к исключительности брачного сожительства, причем взаимность такой обязанности со стороны мужа не признавалась. Это указывает на то, что у греков раньше существовала брачная система туранского типа, против которой и были направлены эти меры. Вековые обычаи с такой силой отпечатались в уме греческой женщины, внушив ей убеждение в превосходстве мужчины, что она не могла освободиться от этого чувства до позднейшего периода расцвета Греции. Быть может, это была одна из жертв, которая требовалась от женского пола, чтобы эта часть человеческой расы могла подняться от синдиасмической семьи до моногамной. До сих пор остается загадкой, каким образом такая одаренная раса, духовная жизнь которой оказала влияние на весь мир, могла на вершине расцвета своей цивилизации оставаться по существу варварской по отношению к женскому полу. Нельзя сказать, чтобы с женщинами обращались жестоко или грубо в сфере предоставленных им прав, но их образование было поверхностным, общение с другим полом было им воспрещено и им так много твердили о превосходстве мужчин, что в конце концов они сами признали это. Жена не была товарищем и равной своего мужа, а находилась по отношению к нему на положении

дочери; это противоречило основному принципу моногамии, как должно пониматься это учреждение в его высшей форме. Жена естественно равна своему мужу в смысле звания, личных прав и общественного положения. Мы можем отсюда заключить, ценою каких опытов и испытаний было создано это великое учреждение современного общества>.

<Обращаясь теперь к римской семье, мы найдем, что хотя положение здесь женщин было более благоприятным, она находилась в таком же подчинении.

Как и в Афинах, женщина пользовалась в Риме уважением, но в римской семье она имела больше влияния и авторитета. Так как она была госпожей в семье. Она свободно и без ограничений со стороны мужа ходила по улицам и посещала вместе с мужчинами театр и праздничные пиры. В доме она не была заточена в особом помещении и точно так же была допущена к столу мужчин. Отсутствие самых крайних ограничений, которым подвергались греческие женщины, благоприятствовало развитию в римской женщине чувства личного достоинства и независимости. Плутарх рассказывает, что после заключения мира с сабинянами,- что произошло при посредничестве сабинских женщин,- им был предоставлен ряд почетных привилегий: мужчины должны были уступать им дорогу при встрече на улице, в присутствии женщин они не смели произносить пошлых слов и не могли появляться перед ними обнаженными. Все же брак отдавал жену под власть ее мужа. ( ); идея этого заключалась в том, что, освобождаясь со вступлением в брак от власти отца, она должна была, в силу якобы необходимости, оставаться под властью мужа. Муж обращался с женой как с дочерью, а не как с равной. Более того, он имел право наказывать ее, а в случае прелюбодеяния имел власть над ее жизнью и смертью; однако осуществление этого последнего права было, по видимому, подчинено совету рода жены>.

Если реакционные писатели преследовали цель унизить кавказские народы, лишить их в глазах русских читателей даже внешней привлекательности, то совсем иная позиция характеризовала произведения передовых русских писателей, поэтов. У А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, поэтов-декабристов эстетические категории нередко измерялись теми особенностями, теми чертами, которые характерны для народов этого края. Вот, например, как Пушкин начинает стихотворение <Ее глаза>:

Она мила - скажу меж нами -

Придворных витязей гроза,

И можно с южными звездами

Сравнить, особенно стихами,

Ее черкесские глаза.

Обладательница этих глаз, разумеется, не была черкешенкой, но черкесские становится у Пушкина обозначением не признака национальной принадлежности, а превращается в обозначение особой красоты и особого своеобразия.

Интересной для всех читателей будет информация о том, что многие халифы женились на черкешенках, более того, Зуль Фукар - ее величество королева Фарида была черкешенка; каждая вторая персиянка, как известно из литературы,- черкешенка, которую персы называли <нист андареджехани>, что означает <нет подобной красавицы в мире> Близкая родственница Тамерлана была черкешенка; у многих турок,

вплоть до XVIII-XIX вв. жены были из рабынь-черкешенок, например, бабушка турецкого султана Селима была черкешенка. Даже существует мнение, что через покупку черкешенок для турецких гаремов произошло улучшение турецкой расы. Бабушка и жена короля Иордании Хусейна были черкешенками, мать Назыма Хикмета - черкешенка; у многих офицеров русской армии жены были черкешенки.

Большой научный интерес представляют сведения, сообщаемые Дортелли о <черкесах-франках>, живущих в Феччиале. Это смешанное по своему этническому происхождению население Каффы образовалось в результате браков <франков> (т. е. генуэзцев и других итальянцев) с черкесами. Как пишет Дортелли, многие (франки) женились на черкешенках, так что в настоящее время получили от черкесов название <франки наши братья>, что на черкесском языке значит <франкхэр ди къуэшщ>.

Советским и зарубежным читателям интересно было бы знать, что известная во всей России своей красотой - лучшая красавица-девица, единственная, удостоившаяся быть снятой и затем помещенная на почтовые открытки, продававшиеся всюду до самой революции,- была кабардинка Тяжгова.

Авторы данной книги располагают некоторыми современными сведениями и о черкешенках за рубежом.

О нашей соотечественнице Ирине Хагондоковой несколько слов: 29 января 1985 г. в Инвалидах (Париж) состоялось торжественное погребение графини Ирен дю Люар, урожденной Ирины Хагондоковой, единственной женщины, удостоенной чести быть похороненной среди великих людей Франции. среди храбрейших ее солдат.

Графиня дю Люар по отцу кабардинка, по матери - русская. Ее отец генерал Константин Хагондоков, был главнокомандующим Дальневосточной армией и Постовым Атаманом при Амурской области.

С ранней юности Ирина Хагондокова узнала, что значит жизнь солдата: сестра милосердия с 18-ти лет, она занималась тяжелоранеными в Кисловодске. В 1940 году Ирина Хагондокова переезжает во Францию: здесь она выходит замуж за графа дю Люара. Но новая - спокойная и обеспеченная жизнь продолжается недолго. Начинается Вторая мировая война. С первых дней войны графиня дю Люар организует и возглавляет передвижной военный госпиталь. С помощью добровольцев - сотни санитаров и дюжины хирургов - ока оказывает первую медицинскую помощь прямо на передовой. Отвага и оперативность отряда Ирен дю Люар вызывают общее восхищение. Врачи и санитары ее <летучего> госпиталя могли собрать и разобрать операционный зал на колесах буквально за час. А нередко дочь генерала спешила на помощь, шла в самое пекло сама.

1941 год. Графиня дю Люар в Марокко, в местном госпитале, борется с тифом и холерой.

1942 год. Ирен дю Люар возглавляет хирургическую службу 3-го дивизиона алжирской пехоты: 27 карет скорой помощи работают во Франции, Германии, Италии, Тунисе. С первых дней войны на передовой и сын Ирен дю Люар - Николай Баженов, капитан американской армии. Когда союзническая армия форсировала Рейн, первым на переправе был передвижной госпиталь графини дю Люар.

1945 год. 14 июля на параде в честь победы, стоя во весь рост в своем белом санитарном джипе, графиня Ирен дю Люар принимает воинские почести и восторженные приветствия.

В 1945 году после гибели сына, графиня дю Люар отдает все свое состояние на создание в Алжире <Межармейского центра отдыха> для солдат, у которых нет семей и которым некуда идти на побывку.

Солдаты платили ей нежной сыновней любовью, а легионеры Первого иностранного кавалерийского полка - ее полка - звали ее <Крестной> - редкий почет, оказываемый далеко не каждому.

Графиня дю Люар - командир ордена Почетного Легиона, кавалер национального ордена <За боевые заслуги>, <Военного Креста>, медали <За отвагу> и многих иностранных орденов и медалей, в частности - Золотого Креста польской армии - скончалась в возрасте 87 лет. Уже в мирное время графиня дю Люар не пропускала ни одного военного праздника. Еще совсем недавно голос хрупкой пожилой женщины сливался с голосами солдат, поющих полковые песни. И в последний раз со слезами на глазах, обнимая своих <малышей>, она благодарила их за все. Те, кто знал Ирину Хагондокову, графиню дю Люар, никогда не забудут бесстрашную женщину - черкешенку, героиню французского народа.

Зарубежные черкешенки Египта, Турции неоднократно принимали участие в Международном конкурсе красоты. Так, Гюнсалы Озкая - турецкая черкешенка дважды была участницей Международного конкурса красоты. Первый раз в 1932 году в возрасте 18 лет она была выбрана первой красавицей Турции. Затем она стала победительницей Международного конкурса красоты в Лондоне. Все газеты Турции <Хурьет> (Свобода), <Люнайден> (Доброе утро) и др. называли ее Керман Халис.

Впервые проводившийся в г. Москве Международный конкурс красоты <Мисс Очарование-89> вызвал небывалый интерес не только у нас, но и за рубежом.

Первое место, лента победительницы и серебряная корона <Мисс Очарование-89> с 357 камнями общим весом 3.262 карата, стоимостью в 10920 рублей достались Мелтем Хакарар из Турции, девятнадцатилетней студентке, профессиональной манекенщице. Одновременно она учится в Высшей школе прикладного искусства, мечтает стать художником-декоратором, Мелтем не новичок в конкурсах красоты - год назад она завоевала звание <Мисс Турция>.

Бабушка Хакарар (Хьэкъарэ) - черкешенка, и как считают все родственники, красотой она выдалась в нее. Не отсюда ли гордая стать, строгое поведение, на сцене и вне ее? Писаная красавица - совсем не то, что впопыхах <написанная> красотка или ее сотый, тысячный оттиск

Лучшей ее признало не только жюри, но и зрители, присудившие Мелтем приз своих симпатий. Кроме серебряной короны, обаятельная турчанка-черкешенка получила возможность еще раз посетить нашу страну.

Рассматривая образ черкешенки, необходимо остановиться на вопросе работорговли. В этой связи следует напомнить, что итальянские колонии играли видную роль в работорговле, которая с древнейших времен процветала на берегах Северного Причерноморья. Установление в Крыму и на Северном Кавказе с конца XIII в. господства татаро-монголов открыло новые возможности для развертывания здесь чрезвычайно выгодной торговли <живым товаром>. Татарские феодалы, совершавшие постоянные грабительские набеги на своих соседей и уводившие тысячи людей в плен С целью продажи их в рабство, нашли в итальянских колонистах Северного Причерноморья хороших партнеров по работорговле. Итальянские купцы, наряду с другими коммерческими операциями, охотно занимались покупкой у татарских феодалов рабов-военнопленных, среди которых часто оказывались черкесы и черкешенки, особенно высоко ценившиеся на рабовладельческих рынках всего Ближнего Востока.

Тетбу удивляется, каким образом люди, почитавшие свободу первым из всех благ, могли решаться на такой гнусный поступок, как продажа детей. <Кстати заметим, что на этот торг нельзя смотреть исключительно с нашей, европейской точки зрения. Тут не было продажи в рабство, и

плата за черкешенку была тот же калым, платимый везде на востоке за невесту>.

Анализ существующей многочисленной литературы опровергает распространенное мнение о том, что, якобы, черкесы продавали своих сыновей и дочерей. Продажей черкесских, мальчиков и девочек занимался кровоместник, который крал черкесских детей и продавал в рабство и неволю. Справедливость требует, что и черкесские князья не гнушались продажи в рабство своих соплеменников и нередко затевали междоусобицы с целью захватить в плен людей, которых можно было бы обратить в рабство. Поэтому на невольничьих рынках Таны и Каффы можно было встретить и черкесских феодалов. Черкесов продавали татары, евреи, турки, крымские ханы, персы. Черкешенок можно было видеть на рынках в Константинополе и Самсуне, Каире и Александрии, а также в странах Африки: Марокко, Тунисе, Судане, Алжире, Ливии, Мавритании, Эфиопии и даже на Мадагаскаре. Покупали черкешенок и европейцы: англичане, французы; по несколько рабынь из черкешенок и калмычек имели русские феодалы в XVII-XVIII вв..

Справедливости ради необходимо отметить, что Великая Октябрьская Социалистическая революция остановила позорный торг между адыгскими (черкесскими) князьями и турецкими, египетскими, персидскими султанами, шахами и крымскими ханами. Эта позорная торговля людьми: <кроме личной, корысти, побуждала ханов еще необходимость задаривать дорогими черкесскими невольниками и невольницами вельмож Оттомановской порты, чтобы с их поддержкою прочнее сидеть на ханском троне>.

С. Дангулов писал: <На стороне горянки была только революция, и она принесла ей освобождение. Обратившись к работе над специальным номером журнала, посвященном литературам Северного Кавказа, я сделал для себя открытие, способное произвести немалое впечатление. Речь шла об уровне высшего образования среди кавказцев. Оказывается, во всем мире мужчины впереди, на Северном Кавказе - женщины. Мне привиделось, что тут дал себя знать закон самой природы: сила, которая в течение столетий сдерживалась, обрела способность аккумуляции и заявила о себе с такой мощью, какую не знала>.

Впервые в истории человечества СССР обеспечил женщине равные права с мужчиной, открыл перед ней широкий путь к активному участию во всех областях политической, хозяйственной и культурной жизни. Соответственно новым условиям изменились и взаимоотношения в семье между мужчинами и женщинами. Черкешенки стали равноправными участниками строительства нового общества. Женщина-черкешенка является теперь равноправным членом и своей семьи. <Из тех законов,- говорил В. И. Ленин,- которые ставили женщину в положение подчиненное, в Советской республике не осталось камня на камне>. Во всех областях общественной деятельности женщина наделена равными правами с мужчинами. Наравне с мужчинами черкешенки выращивают высокие урожаи, трудятся на заводах и фабриках, управляют сложной техникой и обогащают науку новыми исследованиями. Теперь женщины-черкешенки могут смело и открыто заявить о своих правах, как это сделала в одном из своих стихотворений поэтесса Фаусат Балкарова.

Я дочь Кавказа! Здесь тружусь,

Дышу свободой, братством.

Горам хозяйкой довожусь,

Владычицей - богатствам.

* * *

Не забудет мальчик,

Спящий сладко,

Кто на мир глаза ему открыл,

Кто отдал всю душу без остатка,

Грудью материнскою вскормил

Ты, горянка, ясные на диво

На земле оставила следы,

Ты, как наковальня, терпеливо,

Дочь моей прекрасной Кабарды.

Все смогла ты вынести сурово

Кожемялку жизни,

Ветра плеть...

Где найти мне радужное слово.

Как мне красоту твою воспеть?!

Для тебя я

Лестницей бы стала.

Подняла бы гордо над землей.

Чтобы в поднебесье ты сверкала,

Золотой немеркнущей звездой.

Велик их (адыгеек, кабардинок, черкешенок) вклад в приумножение материальных и духовных ценностей, укрепление могущества нашей Родины. Нельзя не восхищаться героизмом женщин, которые воевали на фронтах гражданской, Великой Отечественной войн, несли нелегкую службу в тылу.

В настоящее время нет такой сферы нашей жизни, где бы не нашли своего применения пытливый ум, хозяйский глаз, душевная теплота тружениц Адыгеи, Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии. Черкешенке принадлежит в производстве видная роль, и это обстоятельство служит для нее лучшей опорой в медленном процессе бытового раскрепощения.

Женщина-черкешенка - хранительница семейного очага. Ее чуткость и материнская мудрость украшают нашу жизнь, утверждают добро и красоту. Сегодня государство обязано делать все, чтобы создать такие условия труда и быта женщин, которые позволяли бы успешно сочетать материнство с активной трудовой и общественной деятельностью.

Народный поэт Кабардино-Балкарии Али Шогенцуков писал о современной черкешенке:

В небе летят, как орлицы,

В доме - хозяйки вполне,

В цехе они мастерицы,

И депутаты в стране!

Эти строки посвящены летчице, участнице Великой Отечественной войны Л. Богузоковой, участницам ВОВ К. Жиляевой, С. Кешевой, Ц. Сотовой, 3. Тлисовой, депутатам Верховного Совета СССР врачу Ф. Блаевой-Кушхауновой, шахтерке М. Дугужевой, колхозницам Б. Мисостишхо-вой, С. Паштовой, М. Черкесовой, поэтессам Ф, Балхаровой, И. Каше-жевой, Ц. Коховой, певицам Н. Гасташевой, Л. Пачевой, Г. Самоговой, Р. Шеожевой, Н. Жанэ, ученым Л. Бекизовой, М. Керефовой, 3. Кера-шевой, Д. Тамбиевой, Р. Хашхожевой, М. Шекихачевой, Э. Шеуджен, М. Шхапацевой, учителям Р. Канчукоевой, С. Братовой, С. Кудаевой, С. Тхабисимовой, Г. Шогеновой, гармонистке К, Каширговой, государственным работникам Ф. Арсаевой, Ф. Бжасо, Г. Братовой, Ю. Дауровой, Е. Кимовой, Ж. Хамбазаровой, А. Хажметовой, Р. Сабанчиевой, С. Ха-раевой, чемпионке мира и олимпийских игр по волейболу Л. Ахаминовой и многим другим.

Большую помощь в подборе, поиске литературы о черкешенке оказали нам главные библиотекари Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина Гусаркина Галина Борисовна и Сетюкова Надежда Георгиевна - за что выражаем им искреннюю благодарность.

Материал увидел свет благодаря поддержке наших спонсоров-адыгов: активного члена Черкесского благотворительного общества Думана Сади (г. Паттерсон, США), генерального директора ТОО <Адыги> Кучменова Мухамеда (г. Москва), коммерческого директора ТОО <Адыги> Назранова Альберта (г. Москва), генерального директора фирмы <Фамр> Фирова Юсуфа (г. Москва), за что авторы приносят им искреннюю признательность.

Сукунов Х.Х., Сукунов И.Х.