Адыго-русские отношения

Для обеспечения безопасности южных границ от турок и татар, русское государство укрепляло свои позиции на Северном Кавказе, но они не могли сдержать политику Порты. Вернув себе крепость Азов в 1711 г., султан активизировал свои действия на С.З.К., чтобы закрепиться на нем и оттуда совершать новые походы в пределы России. В 1720 г. крымские татары совершили новое вторжение в земли адыгов. В 1722 г. турки построили на Черноморском побережье крепость Суджук-Кале (в районе нынешнего Новороссийска) 3. В своих действиях турки и татары использовали неуточненность Белградским договором 1739 г. статуса Закубанья. Адыги увидели в этом угрозу своей независимости и не шли дальше поддержания мирных торговых и духовных отношений с Портой. В результате турки и татары кроме получения дани ничего не добились от адыгов. Как констатировал русский генерал П. А. Теккели. народы Закубанья "не признавали турок своими властелинами", они вообще "законам их не повиновались". Более того, из источников явствует, что темиргоевцы, бжедуги, абазинцы, шапсуги, убыхи, объединившись с другими народами края, "готовились к выступлению против хана" крымского. В ответ на это крымский хан совершил поход 12-ти тысячного войска на С.З.К.

Противоборство Турции и России за Крым, усилившееся в 70-х годах XVIII в., завершилось победой последней. По Кючук-Кайнарджийскому договору в 1774 году Россия получила Приазовье и земли от Дона и Ея, что еще больше подтолкнуло Порту к активизации своих действий на С.З.К. В связи с этим по распоряжению царского правительства западная часть Азово-Моздокской пограничной линии была перенесена на р. Кубань, что означало ничто иное как усиление его колониальной политики на С.З.К. Турция призвала адыгов разрушить ее, на что отозвалась значительная часть горского населения, активизацией освободительного движения в крае. Во главе его стал шейх Мансур, во главе чеченского повстанческого отряда. Часть горского населения С.З.К. встретила его благосклонно. Опираясь на нее, Мансур активизировал антиколониальную борьбу против царских войск. Однако большинство горского населения Закубанья продолжало выступать за сохранение мирных торгово-экономических связей с Россией.

Чувствуя растущую поддержку Англии и Пруссии, султанская Турция с начала 1786 г. начала нарушать условия Кючук-Кайнарджийского договора, что привело к русско-турецкой войне 1787-1791 гг. Выступивший против русских войск шейх Мансур потерпел поражение у Прочного Окопа (сентябрь) и в верховьях Большого и Малого Зеленчуков (октябрь 1787 г.). Горские верхи, служившие у Мансура, были переселены в Кавказскую губернию, а абазины и ногайцы приняли русское подданство, присягнув "на верность России". С помощью антирусско настроенной части горских верхов Мансур вновь собрал войско и начал активные действия против царских войск. Хотя генералу П. Н. Теккели в 1788 году не удалось взять турецкую крепость Анапу, но в ходе этого похода выявилось благожелательное отношение части закубанских народов к России. Многие владельцы Закубанья тогда изъявили готовность перейти под российское подданство при условии, что за ними будут сохранены родовые права, возможность исповедования ислама, получения с подвластных платежей, обещав взамен, что они не будут делать "никакой измены и противности России".

Воспользовавшись нападением Швеции на Россию, Турция начала военные действия, но ее войска были разгромлены под Хотином и Очаковом, а турецкий флот - у Днепровско-Бугского лимана. Не успокоившись на этом, Турция в мае 1789 г. сосредоточила свои войска в районе Анапы и Суджук-Кале, чтобы оттуда наступать на Крым. Поход Ю. Б. Бибикова на Анапу зимой 1789-1790 гг. закончился неудачно, но в целом русские войска выиграли военную кампанию 1789 года победами под Рымником и Фокшанами, Аккерманом и Бендерами. Турецкое правительство пошло на переговоры о мире, однако, поддерживаемое Англией, оно в 1790 г. прервало их и возобновило военные действия за овладение Крымом. В июле того же года русский флот под командованием адмирала Ушакова разбил турецкий флот у Керченского пролива. По официальным сообщениям во время этих военных действий часть закубанских горцев проявила нейтралитет, некоторые владельцы объявили о переходе под покровительство России. Чтобы не допустить этого, турецкие войска планировали совершить поход из Анапы вглубь Северного Кавказа, намереваясь укрепиться на нем и использовать его народы против России. Однако призывы Батал-паши к усилению борьбы с Россией были поддержаны только частью местных феодалов. Бесленеевцы отказались поддержать турок, а абазины перешли под покровительство России и начали нападать на турок. В конечном счете осенью 1790 г. Батал-паша потерпел поражение от русского корпуса И. Германа. Вслед за этим феодалы темиргоевцев и других народов обратились к царской администрации с просьбой принять их в российское подданство.

Для всех было ясно, что Порта проиграла войну с Россией, но по настоянию Англии она не шла на заключение мира и продолжала войну. 22 июня 1791 г. русские войска овладели Анапой. Из источников явствует, что и на этот раз горцы проявили лояльность. Согласно 6-й статьи Ясского договора от 29 декабря 1791 г. Порта обязывалась не подстрекать народы левобережья Кубани к набегам "на русские границы". Это означало, что Россия признала право Турции над закубанскими адыгами. Но адыги реагировали на это по-другому. "Россия признала закубанцев поддаными Турецкой империи,- писал позже граф Нессельроде,- но они сами не признавали себя совершенно таковыми".

В итоге этих военных действий Россия не получила территориальных приращений на С.З.К., но она закрепила свои позиции на Правобережье Кубани. Горцы Закубанья сохраняли мирные отношения с Россией, стоявшей тогда на более высоком социально-экономическом уровне развития. Это и имел в виду Ф. Энгельс, когда писал: "Господство России играет цивилизаторскую роль для Черного и Каспийского морей и Центральной Азии...".

Вместе с тем царизм, активизируя свою колониальную политику на Северо-Западном Кавказе, нес его народам двойной гнет (социальный и колониальный) со всеми вытекающими из этого последствиями. Именно он, с учетом прежде всего господствующей в стране элиты - помещиков и капиталистов, проводил везде, в том числе и на Северо-Западном Кавказе, свою колониальную политику, не останавливаясь даже, когда он считал это необходимым, перед применением грубой военной силы, на что справедливо указывали классики марксизма-ленинизма. Тем не менее, нельзя сбрасывать со счетов, что торгово-экономические связи, тяготение основной части трудовых масс горцев Северного Кавказа к русскому народу и к его культуре, складывавшиеся на протяжении многих веков, даже против воли царизма, при определенных благоприятных условиях могли стать основой для дальнейшего углубления их политических связей.